Elegant Rose
Вверх страницы
Вниз страницы

Три Мушкетера: Тайны Французского Двора

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Три Мушкетера: Тайны Французского Двора » За кулисами » Одну минуту, господин кюре... (8 апреля 1615 года)


Одну минуту, господин кюре... (8 апреля 1615 года)

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

1. Участники: Арман де Ришелье, граф де Рошфор, граф де Вард
2. Время и место действия: Лувр, покои епископа Люсонского, апрель 1615 года
3. Краткое описание событий: Кто-то созывает Генеральные штаты, кто-то блистает в них, у кого-то медовый месяц, а кто-то только пытается заглянуть в придворную жизнь. Затея эта не из легких, и без помощи вряд ли можно обойтись...

+3

2

Раймонд, сегодня должна решиться Ваша судьба. Помните, что очень многое зависит от первого впечатления. Постарайтесь понравиться Его Преосвященству. Наше имя при дворе известно, но только от Вас зависит, прославите Вы его или посрамите.
Юный виконт несколько раз про себя повторил наставления отца. Что греха таить, страшно было появляться в Лувре одному. Кто он такой? Будущий граф де Вард? Но всего несколько лет назад он и не помышлял, что когда-нибудь графская корона перейдет к нему, младшему сыну. Неплохо образованный и довольно воспитанный молодой человек? Но при дворе иных и не держат. Жених не из последних? Ах, до женитьбы ли такому юнцу? Чем же может он произвести впечатление?
Правда, для своих восемнадцати лет Раймонд считался хорошеньким, с неплохим мягким голосом, и к тому же недурно знал по-латыни, но все эти достоинства с избытком перекрывались нетерпимым в высшем кругу недостатком - излишней робостью. Прибавьте к этому опасения, что при дворе кишмя кишат острословы, готовые насмеяться и над самим чертом, и вам нетрудно будет понять, отчего за неполную четверть часа ожидания в приемной виконт успел по меньше мере тридцать раз покраснеть, столько же побледнеть, еще раз десять утереть пот со лба и пятнадцать - вздрогнуть от малейшего шума.
Ничего не бойтесь, и главное, будьте верны своему сеньору и вблизи трона, и в опале. Никакая слава и никакие богатства и титулы не стоят того, чтоб нарушить клятву верности. - попробовал он повторить про себя еще раз, уже чувствуя, что кем бы ни оказался епископ Люсонский, его долг - быть верным ему. Верным, как были верны его предки их сеньорам.
Это сознание того, что задолго до него ни один из прадедов его не усомнился в присяге и не изменил своему королю, наполняло душу де Варда какой-то молчаливой гордостью за свой род, но оно же и безмерно тревожило его.
Тогда в пятнадцать лет, не дрогнув, отдавали свою жизнь за господина, и дух был тверд, как во времена первых христиан. Но что со мной? Дыхание прерывается и руки дрожат, точно меня уже ведут на казнь. Мне хочется быть столь же решительным, но сердце не слушается и неизвестность меня страшит. И если сейчас я так встревожен, что будет, если понадобится мужество? Господи, милостив буди мне грешному...
Задумавшись, Раймонд совсем забыл, где находится и в мыслях унесся куда-то под знамена крестоносцев и, кажется, успел даже добраться с ними до Константинополя.

+6

3

Рошфор задумчиво шел по коридору, направляясь к приемной епископа.
"Пока все складывается относительно неплохо, и льстивые придворные слетаются как мухи на мед, предлагая новому фавориту свои услуги. Любопытно было бы посмотреть, какая их часть останется у дверей покоев со столь же преданными и льстивыми лицами, как сейчас, если вдруг, фортуна повернется спиной? Как известно, фортуна - женщина непостоянная. Если прикинуть, то что мы имеем - расположение королевы регентши и ее первого фаворита маршала д'Анкра к епископу… Хватит ли этого, чтобы надолго удержаться у власти? Его Величество, по всей видимости, такой расклад не устраивает, но вот по силам ли ему не только занять трон, который принадлежит ему по праву, но и взять в руки управление государством? Время покажет".  За всеми этими не самыми веселыми мыслями Рошфор дошел и, остановившись перед дверью, тяжело вздохнул, морально подготовив себя ко встрече с желающими заверить его Преосвященство в своей преданности, и открыл дверь. Ожидания не исполнились, что приятно удивило графа.
"Всего один, странно, насколько я знаю, ничего настолько сильно изменившего равновесие сил при дворе не произошло... Тогда куда пропали все остальные и почему остался этот? Совсем молодой и так неуверенно зажавшийся в угол. Что это - столь не принятая при дворе скромность и робость или игра? Пожалуй, я уже начинаю привыкать, что придворные в большинстве своем, отличные актеры и довольно неплохие знатоки душ. Любопытно, что представляет из себя этот?"
- Сударь,- граф чуть склонил голову, приветствуя своего визави, - "с чего он вдруг такой красный, уже успел пообщаться с его Преосвященством, тогда что стоит здесь? Не нравится мне что-то".
- Вы кого-то здесь ожидаете или ошиблись дверью? - "Судя по виду, я бы скорее предположил, что он идет на свидание, чем наниматься на службу."

+6

4

Перед глазами уже заблистали купола Святой Софии, когда в приемную вошел неизвестный Раймонду господин (впрочем, было бы удивительно, если б господин оказался ему знакомым, он еще практически никого не знал) в темном, невольно напомнивший, что пора выбираться из тринадцатого века и вспомнить, зачем он тут сидит и украшает собой приемную.
Разволновавшись перед предстоящей встречей, виконт не успел рассмотреть незнакомца заранее и уж тем более сделать какие-то предположения, а потому оказался захвачен врасплох:
- Сударь, Вы кого то здесь ожидаете или ошиблись дверью?
Не ожидая, что его скромную особу удостоят вопросом, искатель покровительства подскочил, точно перед ним появился сам король, при этом на щеках у него запылал румянец, поклонился и поспешил ответить, с каждом словом все больше робея:
- Ах, Ваша Светлость, - не зная, как обратиться, чтоб случайно не обидеть, де Вард решился пойти на крайние меры и на всякий случай угостить неожиданного собеседника "Светлостью" - лучше уж передать, чем недодать - я здесь оттого, что надеюсь на встречу с Его Преосвященством. - ай, как самоуверенно получилось! Но ведь он совсем не имеет права ничего требовать. Последовало еще одно цветовое изменение лица на более пурпурный оттенок, - То есть, я желал сказать - если Его Преосвященству будет угодно удостоить меня чести осчастливить позволением увидеть их... К несчастью, ранее мне никогда не приходилось видеть их, и не знаю даже, чего ожидать и сметь ли надеяться... - ах, как жаль, что отец отправил его одного! Как все было бы несравненно проще, если бы граф сам все рассказал и представил его - это вышло бы гораздо лучше и красивее, а сам он совсем не умеет говорить и боится, кажется, последнего лакея в Лувре. Вследствие этого, не находя лучшего выхода, Раймонду пришлось хвататься за новое знакомство как пьяному за осинку. - А Вы - не знаете ли Вы их? А, если знаете - не окажете ли благодеяния, не представите? - от волнения даже прядь волос  прилипла к влажному лбу и, хотя ее присутствие было совершенно неуместно, никак не хотела падать назад, - Всю жизнь Вас благодарить буду.

+4

5

Граф не ожидая столь бурной реакции на свое появление, с трудом удержался от непроизвольного шага назад, и принялся с интересом разглядывал незнакомца. "То ли он и вправду столь бесхитростен и импульсивен, то ли он превосходный актер и я совсем не разбираюсь в людях?"
-Граф Шарль-Сезар де Рошфор, заметив заминку своего собеседника представился граф, и хотя знакомство совершенно не входило в его планы,но, как то этот юноша выделялся на общем фоне придворных, или это только показалось...
Рошфор все пытался уловить суть в словоизлияниях своего собеседника, и чуть поморщился. "Ну неужели нельзя говорить более кратко и по сути. Явился на аудиенцию, и если предположить, что я все таки правильно понял этот поток слов, то, Его Преосвященство, о визите никто не предупредил, и он пока не в курсе, какая неожиданность его здесь ожидает."
- Хотелось бы все же услышать, как мне обращаться к вам, месье, пока Вы меня окончательно не заговорили, - все же решил прервать разговорчивого юношу граф.
"В принципе, типаж довольно любопытный, этакий робкий провинциал при дворе, ко всему еще и очень болтливый. Интересно, это общая тяга к разговорчивости, или он настолько зажать, что никак не может сформулировать предложение. В какой то мере, он мог бы быть полезен. В роли солдата, даже если бы он и был неплох, то однозначно, ничего выдающегося. А вот при дворе, возможно смог бы принести пользу. Такие простаки, обычно вызывают доверие и вхожи во многие двери, главное не растерять налет простодушия, и поднабраться уверенности". Все еще не приняв окончательного решения, Рошфор продолжил:
- Я знаком с его Преосвященством, но, Вы не первый, и не последний, оказавшийся в этой приемной с подобной целью так почему именно Вы?- "Что ж удивите меня? Пожалуй, мне действительно интересен ответ, на что он рассчитывал, служба, или всего лишь выказать почтение, и остановиться на том, что его долг перед новым фаворитом выполнен?"
- И почему Вы пришли именно сюда? Не к Его величеству к примеру?- про Ее Величество королеву регентшу, он решил промолчать.

+3

6

Может быть, ему не стоило бы так навязываться со своей бесценной персоной, но Раймонд надеялся если не на помощь, то хотя бы завязать знакомство и отчасти побороть волнение. К тому же, граф казался личностью решительной, и этому качеству можно было у него поучиться.
- Виконт Раймонд де Вард, - поспешил и он назвать свое имя. Звучало не так громко, но никаких заслуг за ним не числилось, и единственным, чем можно прикрыться, было происхождение, - Быть может, Вам когда-нибудь приходилось слышать имя графа, моего отца? - робко предположил молодой человек, кажется, не совсем заметив, что граф был старше его, самое большее, лет на семь или восемь, а былой блеск Вивьена де Варда мог помнить разве что человек, достигший, по меньшей мере, хотя бы лет сорока.
Про себя он сознавал, что его речь не так красива и убедительна, как хотелось бы, и говорить следовало бы как-то иначе, но, когда разговор становился доверительным (во всяком случае,с одной стороны), Раймонд пренебрегал изысками красноречия в пользу искренности. О том, что излишняя доверчивость в стенах Лувра чуть не первый грех, он, конечно, не знал.
... Вы не первый, и не последний, оказавшийся в этой приемной с подобной целью...
Да, да, Вы правы. Но если не лгать, чем похвалиться? Во мне нет ничего примечательного...
- Право, не знаю, что и рассказать Вам, граф. Меня не готовили ни к военной, ни к духовной карьере, и ничем я не прославился. - де Вард не любил обманывать, к тому же это было совершенно бесполезно, и опереться он мог опять же только на славное прошлое, - Но если бы Его Преосвященство согласились подарить недостойному просителю небольшую часть их драгоценного времени и позволили бы , я с величайшею радостью стал б их послушным слугой.
Услышав о Его Величестве (нет, именно о юном короле, а не о вдове покойного), виконт даже отшатнулся.
- Помилуйте! Туда и на порог не пустят, да и нечего предложить Его Величеству - при дворе я не воспитывался.
Сказать по правде, граф думал несколько иначе - он попросту засомневался, так ли легко регентша из рода Медичи отойдет от власти, когда Их Величество войдут в лета, (если стать ее сторонником, после будет нелегко заверить короля в своей преданности, а если броситься в его сторону, кто знает, что скажет королева-мать. Что же касается господина де Люсона, то он должен был устраивать решительно всех, а положение его хотя и высокое, казалось не таким заоблачным, чтоб сильно мешаться в королевские дела), но, разумеется, сына в эти тонкости не посвятил.

+3

7

Значит виконт. Что ж, запомню. Почему-то думаю, мне еще предоставится шанс услышать это имя.
- Нет, не приходилось, с вашим отцом я не имел чести встречаться. - "Но обязательно восполню сей недостаток информации, и в ближайшее же время наведу справки и о самом юноше, и о его отце... Посмотрим, что мне удастся узнать?"
"Что ж, радует хотя хотя бы то, что свои таланты он не преувеличивает, пожалуй даже преуменьшает. Надеюсь, дело не в переизбыточной скромности, с сим недостатком крайне сложно бороться."
- Ну, прославиться - это вопрос времени, желания, удачи или, возможно, судьбы. Вопрос в другом. Предположим, я исполню Ваше желание и провожу к Его Преосвященству, Вам будет уделено время. Слуга? Какую именно службу Вы можете предложить? Не военная и не духовная, какую же именно карьеру вы видите для себя, виконт? Сформулируйте же, наконец, свое пожелание. Или так же, как и мне, собираетесь сообщить епископу о том, как вы бесполезны, и все что Вы можете предложить, это послушание? Так стоит ли ради такого тратить время?
"Возможно, при дворе и толчея, но сейчас вопрос, пожалуй, не стоит о воспитании при дворе. Дворянство недовольно, и все разбегаются от двора, как крысы с корабля, и потомственному дворянству несмотря ни на что там рады, на порог точно бы пустили. Так что это, очередное проявление скромности или в этот раз расчет?"

+4

8

А разве не стоит? Да, конечно, я ещё ничего не стою, но ведь ни министрами, ни полководцами не рождаются...
- Но если я скажу неправду, расхвалив несуществующие достоинства, очень скоро это всплывёт наружу, и останется только винить самого себя. А до сегодняшнего дня мне действительно нигде не приходилось служить, а потому - что могу предложить? Когда к мастеру приходит ученик, мастер не знает, померкнет ли его слава перед ним в будущем, и останется ли его имя в веках или будет позабыто. Что прикажут, то и буду исполнять.
Первый испуг мало-помалу проходил, и виконт осмелился даже ввернуть какие-то свои, пусть и довольно наивные, суждения о предмете службы. Он терялся в догадках, пытаясь найти в себе что-то хоть сколько-нибудь исключительное, но ничего подходящего не находилось. Нельзя ведь было, в самом деле, сказать, что неплохо разбираешься в искусстве одеваться и знаешь наперечёт все испанские и португальские танцы.
- Разве в наше время верность сеньору перестала быть добродетелью? - совершенно искренне поразился он, и вдруг, чуть понизив голос, скороговоркой зашептал. - Граф, позвольте мне увидеть Его Преосвященство - Вы не пожалеете, услуги Вашей никогда не забуду. - в конце этой коротенькой, но ещё по-юношески пылкой речи можно было прибавить только одно - поклясться, и Раймонд не замедлил с увереньями, - Никто из нашего рода не посрамил своего господина ни в мирное время, ни на войне, и даю слово, что за меня не придётся краснеть.
Может быть, де Вард говорил так из-за того, что в его возрасте громкие слова слетают с языка целыми сотнями, но про себя он сознавал, конечно, что такие клятвы не дают впустую, и если обещаешь вечно служить своему господину и никогда не изменить ему, нарушить её уже не имеешь права.

+4

9

Хм, а скромность, по всей видимости, отступает. Даже интересно, как далеко зайдет ее отступление.
- Все так, все так, но даже ученик выбирает мастера в той области, которая ему ближе и интереснее. Или Вам совершенно все равно? "Что прикажут" - похвальное стремление, правда, довольно бестолковое. Ведь давно установлено, что человек приносит больше пользы и достигает высот в той области, которая ему, опять же, ближе и интереснее. Так что советую все же подумать о своих интересах.
"Любопытно, такая самоотверженность... Проверить, что ли? Отправить бы его в армию на полгодика, а потом послушать: так же красиво петь будет или нет?"
- Верность в наше, как и в любое другое время - она стоит всех иных добродетелей, даже вместе взятых. Только вот и проверяется более долго и тщательно.
"Как же жаль, что ее нельзя проверить так же быстро, как военные знания или умения в какой-либо отдельной отрасли. Слово дворянина - как много и мало одновременно, громко и уверенно. Но слишком многие из тех, кто несомненно клялся в верности короне, сейчас забыли о своей клятве, почувствовав запах выгоды. А ведь все они из прославленных и благородных семейств, чьи имена всегда на слуху. Так стоит ли обращать внимания на слово, данное этим юношей? Какой пыл, какая горячность, но долго ли продержится этот юношеский максимализм? Двор быстро избавляет от иллюзий. И благородство, как и честность, давно вошли в список этих самых иллюзий. "
- Что ж, пожалуй, я пойду Вам навстречу, но прежде тоже дам слово: если я когда-нибудь об этом пожалею, об этой услуге, то Вы ненадолго переживете мое разочарование. Не люблю, знаете ли, ошибаться.
"И до сих пор сомневаюсь, не совершаю ли ошибки. Пусть последнее слово всегда за Его Преосвященством, но я-то буду помнить, что ошибся именно я. А ведь раньше доверчивость не входила в список  моих недостатков."

+5

10

Что оставалось тут сказать? Раймонд ещё больше покраснел. Круг его интересов не выходил за рамки того, что впоследствии назовут "французской манерой" - он любил всё изящное, позолоченное, непременно богато украшенное, и также смотрел на людей, искренне полагая, что внешняя красота даётся самим Господом Богом, и дурному человеку достаться, соответственно, никак не может, а тот, кто не заботится о своём облике - последний глупец. Любезности, развлечения, лёгкое кокетство, балы, наряды и постоянная мимолётная влюблённость в каждое миленькое личико - и не более того. Даже грядущая служба представлялась ему чем-то красивым, блестящим и почти парадным. Если б виконт мог взглянуть на себя со стороны, он сам поразился бы своей неискушённости в жизненной науке.
- Поболтать я люблю, - после некоторой паузы, наконец, признался он, - Вы, наверное, рассмеётесь сейчас. А порой можно узнать столько интересного - если иметь большой круг знакомых, кажется, ничего не укроется, всё узнать можно. Но я совсем увлекся, простите. - Минутный порыв боевого задора стих, и де Вард почувствовал себя ещё более неловко, чем до этого, точно случайно уронил хрустальную вазу. Конечно, конечно, он не показывал себя с лучшей стороны, и уж тем более не мог убедить, но он не знал, как поправить эту ошибку.
Но как же мне следовало отвечать? Неужели все, кто вошёл в мои годы, умеют говорить как духовный пастырь в воскресенье? Неужели я действительно хуже всех и ни на что не гожусь?
И тут Фортуна, уже проехавшая мимо него на своём колесе, вдруг замедлила его ход и резко повернув в сторону юноши, улыбнулась:
- Что ж, пожалуй, я пойду Вам навстречу... - казалось бы, непреклонный граф вдруг смягчился и подарил ему надежду. В порыве благодарности Раймонд склонился перед ним в поклоне, не дрогнув и от строгого условия.
- Хорошо, я согласен, - он невольно опустил глаза, - Коль скоро Его Преосвященство не откажут и примут меня на службу, можете отсечь мне голову, если узнаете об измене. -  де Вард согласился без колебаний - в его не знающую жизни голову просто не могло прийти, что можно предать господина, которому принес присягу, и если б добился лавров Брута, наверное, сам мог бы наложить на себя руки, не снеся позора, и подобное наказание предателю счёл вполне справедливым. Вот только - неужели собственноручно? - А что, не страшно Вам грех на душу брать? - вдруг тихо спросил он, но, испугавшись дерзости и особенно глупости вопроса, вспыхнул и потупился.

+5

11

- Ну почему же я рассмеюсь, бесспорно очень полезное умение - граф сам себе чуть кивнул головой, отмечая, что хоть в чем-то не ошибся.
"Мой новый знакомый и в самом деле очень общителен, и пусть пока не понятно, оценивает ли он сам пользу от своих талантов, но, если я правильно его понял, то разговорить своих собеседников он умеет. А что касается круга знакомств... Такой и сам обеспечит им себя в кратчайшие сроки, а нет, так и мы подсобим. Правда, пока не знаю, что интереснее: мысли врагов или "друзей" - удар могут нанести все. И если Его Преосвященство не будет возражать, то, думаю, ему следует принять преданность этого виконта. Правда, в идеале, следовала бы оставить покровительство в тайне. Только вот долго такой секрет не продержится. Что ж, в любом случае, всегда можно будет объяснить испорченные отношения предательством. Да и что-то я слишком далеко зашел - для начала следует убедиться, что предательство не ждет нас на самом деле".

- А что, не страшно Вам грех на душу брать?
Впервые за время разговора граф чуть заметно улыбнулся, "Нет, определенно, столь неиспорченный высшим светом экземпляр не стоит упускать! Растопчут и выбросят, а мы лишимся столь перспективного источника информации".
- Не беспокойтесь о моей душе, смерть предателя не будет на ней таким уж несмываемым пятном. К тому же, я непременно покаюсь в своем грехе, и смею надеяться, что мне его простят. А теперь, ждите здесь, если, конечно, еще не передумали
И ничего больше не говоря, Рошфор направился к кабинету епископа. Постучал, приоткрыл дверь и выпустил очередного шмыгнувшего под ноги кота. "Хм, сколько же их, никак не могу всех запомнить... Пожалуй, придется смириться с тем, что это не особо важная информация, и не забивать голову."
- Ваше Преосвященство, позволите? - граф остановился в дверях и склонил голову в поклоне.

+5

12

Апрель в этом году выдался тёплым. Епископ Люсонский стоял у окна, ощущая тепло лучей весеннего солнца на своём лице.
Вряд ли в этом человеке, радующемся весеннему теплу, кто-то мог признать будущего первого министра Франции, внушающего страх и уважение всем без исключения. Постепенное возвышение Ришелье было ещё затянуто дымкой будущего. Конечно, этот 1615 год станет поворотным в жизни Люсона, но это будет позднее, холодным ноябрём, когда его назначат духовным наставником Анны Австрийской, которая станет женой Людовика ХIII. Благодаря этой новой должности, он завоюет расположение королевы-матери Марии Медичи и Кончино Кончини. Но всё это будет потом. А сейчас за плечами Ришелье была должность Депутата Генеральных Штатов от духовенства. И участие на заключительной сессии, где он произносил парадную речь от имени первого сословия.
Но Ришелье всё чаще обращался к политике. В этот 1615 год страна оказалась на пороге новой гражданской войны. Это ужасное время, ведь именно те из высшей знати, кто является наиболее могущественными, разжигают волнения; а в период беспорядков… министры стараются спасти свою собственную шкуру, вместо того чтобы обеспечить безопасность страны.
Размышления Люсона были прерваны стуком в дверь.
- Ваше Преосвященство, позволите?
Ришелье отошёл от окна, движением руки приглашая графа войти.
- Сударь, Вы, как всегда, во время! Чувствую, политика опять занимает меня. Лучше скажите, что Вы имеете сообщить мне нового?
Ришелье слегка улыбнулся и пристально посмотрел на графа.

+6

13

Не зная, что следует делать почтительному просителю в тот момент, когда о нем уже спрашивают, но еще не позволяют зайти, Раймонд отступил назад и, благо, заглядывать тайком - признак крайней невоспитанности, волей-неволей занялся рассматриванием паркета. Обычно не в его характере было обращать внимание на такие мелочи, а сейчас как-то бросилось в глаза - странно, следы от каблуков были, но не в таком количестве, как, к примеру, на лестнице. Расценивать ли это как факт, что Его Преосвященство не так часто посещают - или?..
Или, кажется, все дело в военных...
Сам он всегда недоумевал, как можно ходить так тяжело, чтоб на полу оставались следы от обуви. Ходить надо легко, почти неслышно - это вам скажет всякий, кто хоть раз тайком навещал милую сердцу. А эти вояки... Раймонд их не любил и даже немного побаивался - с этими петухами всегда ужасно трудно вести беседу. Ферранду уже пришлось за это поплатиться жизнью.
Но ничего большего о паркетах посудить не удалось, поскольку из двери, открытой графом, выбежало что-то рыжее и лохматое. При ближайшем рассмотрении это оказался кот.
Де Вард был собачником, и в кошках видел исключительно капризных созданий, которые с превеликим удовольствием разорвут руки в кровь и при этом ещё сделают вид, что сам, мол, был виноват, а потому попыток поскорее взять царственное животное на руки и поцеловать между ушек не последовало.
Очень зря, как оказалось впоследствии, потому что дверь, из которой появился кот, оказалась связанной с господином епископом. "Ваше Преосвященство, позволите?" - услышал он от графа, и невольно содрогнулся. Всё-таки за той дверью решалась его судьба. И каков он, Его Преосвященство - тот, кому уже была обещана его жизнь? Де Вард почти ничего не знал о нём, и оттого ещё больше терялся в догадках, как нужно говорить. Что греха таить - трепетное его сердечко не замирало в торжественном ожидании, а колотилось так бешено, точно он пронёсся по всем лестницам Лувра, перепрыгивая через три-четыре ступени.
Не оставь меня, Господи, Боже мой! Не удаляйся от меня; поспеши на помощь мне, Господи, Спаситель мой!*


* -Псалом тридцать седьмой.

+5

14

Граф вошел, осторожно прикрыв за собой дверь. На секунду замешкался, решая, с чего бы начать. Все же шел он с докладом, а виконт - лишь случайное столкновение, значит, с доклада и следует начинать.
- Политика заслуживает того, чтобы безраздельно занимать все мысли Вашего Преосвященства, ситуация все сильнее накаляется. Принц Конде все более явно выказывает недовольство результатами Генеральных Штатов, как и уже достигнутыми договоренностями, по вопросам испанских браков. Парижский парламент готов его поддержать, среди народа он пользуется немалой популярностью. Ее Величество не считает его настолько значимой проблемой, чтобы уделять свое внимание, но проблемы редко рассасываются сами собой.
"Особенно когда эти проблемы касаются власти, не верится, что кто-то при таком раскладе стал бы отступать от заданных целей, и уж точно не принц"
Подойдя к столу и остановившись, Рошфор принялся рассматривать очередного котенка, развалившегося среди бумаг, и размышляя, как бы перейти к вопросу об ожидающем в приемной виконте.
- Что же касается новостей, не относящихся к политике, есть и такие. Одну, как раз сейчас, я встретил в вашей приемной. Виконт Раймонд де Вард, пришел засвидетельствовать Вам свое почтение и принести клятву верности.
Граф на некоторое время задумался, решая стоит ли сразу описывать епископу свои мысли и впечатления о встрече с молодым человеком, но потом решил, что первое мнение всегда полезно, и будет лучше не вмешиваться, предоставив возможность епископу составить собственное. К тому же, было бы очень интересно, совпадут ли их мнения в данном вопросе. "Мне виконт показался отличным материалом, из которого можно слепить нечто очень полезное в работе. Любопытно, как оценит его потенциал епископ".
- К несчастью, я пока ничего не знаю ни о нем самом, ни о его родственниках, в ближайшее время это упущение будет исправлено.  Рошфор очень не любил работать с людьми, по которым не успел собрать информацию, но эта встреча была слишком внезапной.

+4

15

- Входите, граф, входите! Ну, смелее же!– добавил Ришелье, опускаясь в кресло и заметив, что Рошфор на минуту замешкался.
Дворянин, что скрывать, нравился Люсону. Ум, способность ориентироваться в любой ситуации – всё было при графе. А сведения, которые он доставал Ришелье, вообще были бесценны.
- Политика заслуживает того, чтобы безраздельно занимать все мысли Вашего Преосвященства.
Люсон еле заметно улыбнулся. В политике мало того, что строят всё на песке, так ещё и под бой песочных часов!
- Возможно, Вы и правы, граф! Я бы даже сказал, Вы правы, как всегда!
Люсон снова улыбнулся. Польстил он сейчас дворянину или сказал правду, очищенную от всех примесей лести? А разве это имеет значение? Главное, что человек, который пока нужен ему, доволен. А пока доволен, будет служить верой и правдой.
Рошфор начал выкладывать сведения про Генеральные Штаты , которые Люсону уже были известны. Епископ нетерпеливо теребил перо, которое до этого взял в руки, как будто собрался что-то записывать. Не то, всё не то. Но Люсон чувствовал, что у графа имеется что-то ещё сообщить ему.
- Что же касается новостей не относящихся к политике, есть и такие.
Ришелье отложил перо, внимательно глядя на Рошфора.
- Отлично, граф. Я Вас внимательно слушаю. Лучший отдых, как известно, смена деятельности. Отвлечёмся от политики.
- Виконт Раймонд де Вард, пришел засвидетельствовать Вам свое почтение и принести клятву верности.
Ришелье мысленно перебирал имена. Де Вард, Де Вард…Да, имя было знакомо Люсону. Но что вдруг так сразу и клятву верности?
- К несчастью, я пока ничего не знаю ни о нем самом, ни о его родственниках, в ближайшее время это упущение будет исправлено.
- Уж потрудитесь, граф. Абы кого я не желаю видеть подле себя. А пока пригласите этого дворянина. Я побеседую с ним. -Ришелье встал с кресла и снова подошёл к окну. – Но с Вас сведения о нём, граф. И смотрите мне, эти сведения я жду не долее, чем до завтрашнего вечера.

+5

16

Граф склонил голову в поклоне, принимая определенно лестную для него похвалу, но, в то же время отмечая, что сведения не оказались новыми. Слушали его без особого интереса, а значит, все это уже было известно до его прихода.
"Что ж, давно известно что я не единственный осведомитель, и данная сеть вызывает восхищение. Прискорбно осознавать лишь то, что ты снова не лучший и тебя уже опередили..."
- Лучший отдых, как известно, смена деятельности. Отвлечёмся от политики.
"Пожалуй, отвлечься действительно придется, хотя, кто знает, вдруг лишь у меня этот виконт не вызвал однозначной реакции, а епископу хватит и пары минут, чтобы все расставить по своим местам".
- Уж потрудитесь, граф. Абы кого я не желаю видеть подле себя. А пока пригласите этого дворянина.
Уточнять что-то относительно полученного приказа граф не посчитал нужным, и без того было понятно, что приказ был услышан, а значит будет выполнен, и выполнен в кратчайшие сроки. Как и то, что всегда нужно прежде предоставлять информацию, а уже после человека. И в данной ситуации, это только его упущение, которое ему же следует исправлять.
- Мне остаться? - направляясь к двери, на всякий случай уточнил Рошфор, уже занятый мыслями о получении сведений про нового знакомого. Хотя, пока он не будет знать о нем хотя бы все то, что возможно узнать, в первую очередь, этот человек будет для него заданием, с которого нельзя спускать глаз и нужно  каждую секунду ждать подвоха.
- Виконт, - приоткрыв дверь в приемную окликнул он юношу, - заходите.

+5

17

Услышав повеление войти, де Вард выбрался из угла, куда забрался, сочтя стулья неподобающей ему роскошью для избранных и поспешил к двери. Испуг его сменился нетерпеливым радостным ожиданием чего-то, еще незнакомого ему, и он не знал, как назвать это чувство. Какое-то смешанное ощущение между тревогой, радостью и желанием поскорее влиться в новую жизнь, как это бывает с детьми, впервые попавшими на богатый праздник.
Войдя, виконт, жаждущий увидеть епископа, с порога так и впился в него взглядом, хотя это, конечно, было невежливо. Только через пару минут он заметил свою ошибку и попытался исправить положение изящным поклоном. Поклон вышел, в самом деле, очень хорош, но от волнения Раймонд выронил шляпу, бросился поднимать, и, наконец, снова выпрямившись, уже чувствовал себя так, точно на него вдруг вылили ушат ледяной воды.
- Всенижайшее почтение Вашему Преосвященству, - став от стыда пунцовым, пролепетал бедный соискатель, опускаясь на одно колено. Что еще следовало прибавить, он не мог вспомнить и, чтобы не осрамиться совсем, решил ничего более не говорить, пока его не спросят и только всем видом изобразить воплощенное коленопреклонение.

+3

18

Визитёр оказался весьма примечательной личностью. Благодаря выгодной «позиции», которую занял Люсон, встав напротив окна, он мог хорошенько разглядеть дворянина, который, в свою очередь, мог видеть только его очертания – свет, падавший из окна, позволял видеть только тёмный силуэт.
Метания виконта, его пунцовые щеки, неловкое коленопреклонение – всё говорило о том, что это как раз такой человек, который напоминает материал, который, как говорится, бери и лепи. Ришелье остался доволен своими наблюдениями. Виконт станет старше, а под чутким руководством превратится в преданного и верного «слугу». Но, с другой стороны, и об осторожности забывать не стоит. Может быть, этот человек только разыгрывает неловкость. Вполне возможно, что его могли просто подослать к епископу. Все при Дворе жили в напряжении. Стоило только оступиться и можно отправиться в ссылку. Да что там ссылка! Это можно было пережить. Ришелье сосредоточился. Мысли снова и снова возвращались к политике и всем печальным последствия игры с этой капризной дамой.
- Всенижайшее почтение Вашему Преосвященству, - виконт так и стоял, опустившись на одно колено и, пролепетав слова, которые Ришелье с трудом смог разобрать, умолк совсем.
Граф Рошфор непременно должен разузнать всё об этом человеке. Но невозмутимый взгляд Ришелье не выдал его мыслей.
- Встаньте, виконт! – подобие улыбки появилось на губах Люсона. Он отошёл от окна, но к де Варду не приблизился. Ришелье остановился около кресла, таким образом, что его рабочий стол стал как бы барьером между ним и собеседником.
- Виконт, Вы пришли ко мне, думаю, с каким-то делом, а не просто ради того, чтобы, вынужден заметить, неловко засвидетельствовать своё почтение. – Ришелье умолк, опустился в кресло. При этом он не сводил глаз с де Варда. – Прежде, чем Вы начнёте говорить, виконт, позволю себе заметить, что неуверенность есть в каждом из нас. Этот внутренний голос, твердящий, что мы не сможем что-то сделать, что мы не хороши, что нам лучше даже не пытаться. И когда мы слушаем этот голос - мы сдерживаем себя, и даже не осознаем этого. Потому, что мы боимся рискнуть, рискнуть бросить вызов нашим страхам и увидеть, на что мы на самом деле способны. – Минутное молчание – Поэтому откиньте Вашу неуверенность и говорите. Я люблю прямолинейных людей, сударь!

+4

19

Граф, непрестанно щеголяя своим даром красноречия, вне всякого сомнения, несколько навредил своим цицероновым плетением словес сыну - тот привык думать, что отец в любом случае скажет лучше, и сравниться с ним в этом умении можно даже и не пытаться. Сейчас было еще сложнее - уже взрослому юноше не пристало прятаться за отцовскую спину, и волей-неволей надо было выпутываться самому. Нет, косноязычием Раймонд не страдал, и никто в их роду не считался молчаливым истуканом, но епископы - не нежные красавицы, и легкой беседой их не занять.
В данном случае епископ был представлен в единственном экземпляре, но положение это не спасало - говорил он так сложно и непонятно, что виконт бы, пожалуй, чувствовал себя увереннее, если б в кабинет со всей Франции набежали епископы.
- Как очень точно подметили Ваше Преосвященство, - поднимаясь, подал он голос, когда ему это вновь было позволено, - я действительно по делу. - господи, что же дальше говорить-то нужно в таких случаях? Он боязливо покосился в сторону графа, не подскажет ли тот чего, но никаких условных знаков не получил, - Видите ли, в жизни каждого человека приходит время, когда он вступает в такой возраст, когда следует задуматься о будущем - соответственно, мужчине о карьере, а девушке - о замужестве. - кажется, сказал неплохо, но перейти от этой общей фразы к своему частному случаю оказалось намного труднее, - И, оставшись теперь единственным наследником своего рода, я должен был столкнуться с тем же вопросом, но военная карьера - вне всякого сомнения, наиболее почетная и достойная истинного дворянина - не сулила мне лавров. Если же Ваше Преосвященство не огорчит этот факт, я был бы счастлив, если б мог стать верным слугой Вашего Преосвященства.
Немного мешал стол - Раймонд привык говорить с собеседником лицом к лицу. Хотя - нет, так даже лучше - уж больно строг казался епископ, хотя был совсем не стар даже по меркам виконта.

+3


Вы здесь » Три Мушкетера: Тайны Французского Двора » За кулисами » Одну минуту, господин кюре... (8 апреля 1615 года)